Мини-юбка

Короткая юбка кочует со старых фотографий на первые полосы модных журналов, из детского сада – в начальную школу, с пляжа – на подиум, а оттуда – в униформу чирлидеров и стюардесс.

Легкомысленная, провоцирующая, «подходящая лишь молодым», «недостаточно элегантная», «не слишком приличная»… и тем не менее такая соблазнительная и откровенно женственная, что практически каждая женщина желала бы иметь достаточно смелости (стройности, юности, длины ног, легкомыслия или бесстыдства – нужное подчеркнуть), чтобы однажды предстать перед окружающими в этом одеянии.

И кто сказал, что после двадцати женщины должны потерять интерес к мини просто в силу возраста?
Оружие соблазнения?

Для модных журналов мини остается своего рода неопределенным объектом секс-призыва, будоражащим воображение. В реальной жизни все несколько иначе: на мини-юбке по-прежнему лежит печать легкомыслия, неподобающего зрелости.

Зато у нее появились конкуренты – начиная от стрингов, вылезающих из-под пояса джинсов, заканчивая декоративными бретельками бюстгальтера, виднеющимися из-под декольтированного топа.

Сегодня палитра сексуального обольщения в одежде существенно шире той, что была в эпоху рождения мини. «Даже беглый опрос женщин свидетельствует о том, что они не считают мини-юбки средством соблазнения, – констатирует аналитический психотерапев т Юлия Жемчужникова. – Если женщина хочет выглядеть сексуально, она предпочитает приоткрывать, обнажать плечи и грудь. Для нее открытые ноги – это скорее демонстрация собственной свободы от традиционных взглядов и чужого мнения.

Если вокруг дома мы не ставим забора, считать ли это приглашением к вторжению или просто открытостью?»
Неустойчивость устоев

Оглянувшись назад, в прошлое, мы обнаружим, что женский наряд постоянно изменялся, но это касалось в основном его верхней части. Верхняя часть тела заковывалась в корсет, демонстрировала разные степени обнаженности. Однако бедра и ноги на протяжении многих веков оставались закрытыми – в женской одежде Запада и Востока, среди богатых и бедных, вне зависимости от степени образованности и социального положения. И вот с победой индустриальной революции и началом эмансипации на рубеже XIX–XX веков подол женского платья сначала зауживается, потом приподнимается, а потом… и вовсе пропадает. «Мини – это юбка без подола. Совсем, – констатирует Юлия Жемчужникова. – А подол – это то, что стелется «по долу», по земле. Это некое основание, то, что придает устойчивость, это связь человека с землей, с тем, на чем он стоит.

Подол закрывал ноги от ветра и взглядов, защищал от «дурного глаза» девушку и ее будущее потомство (новорожденного «от сглаза» было принято обтереть материнским подолом).

Для меня очень символична трансформация традиционного наряда принцессы в платьице Трубадурочки в мультфильме «Бременские музыканты» – как символ наступления эпохи хиппи, всеобщей раскрепощенности и ломки устоев. «Устои» и «устойчивость» – слова однокоренные, а потому отсутствие подола в символическом смысле – это отрыв от традиционных женских ценностей: дома, хозяйства, детей».
Мини(мум) свободы

Освобождение от тяжести «женской доли» действительно оказалось связано с мини-юбкой, ставшей символом новых феноменов 60-х: невиданной ранее сексуальной раскрепощенности (с появлением оральных контрацептивов), возможности планировать деторождение. Это было золотое время стиля поп, когда женщины в коротких платьях походили на детей. Мини создавало иллюзию несколько инфантильной невинности, перед очарованием которой трудно было устоять.

Интересно, что в советской интерпретации «свобода от устоев» превращала сексуальность этого наряда в полную асексуальность. «Вспомним советские времена: девочки в платьицах и сарафанчиках – таких, что трусики торчали, – размышляет Юлия Жемчужникова. – В этом символе детсадовского счастья нет и намека на понятие семейных ценностей или на возможность уцепиться за материнский подол.

Общие спальни и туалеты, одинаковые трусики-маечки… А во взрослой моде равнение было на середину: так, чтобы не слишком свободно, но и не слишком «устойчиво». До школы юбка такая, будто ее и вовсе нет, в начальной школе – до середины бедра, в средней – до колена, позже – держись середины. Носить ниже значило быть «как старуха», возвращаться к «детским» моделям –прослыть вертихвосткой».

Во времена изобретения мини женский образ стал инфантильным, а мужчины казались настоящими мачо. Прошедшие десятилетия смягчили разницу. Сегодня мужчины кажутся более нарциссичными, более озабоченными собственной внешностью.

А женщины выглядят более зрелыми, слишком эмансипированными для того, чтобы лишь длина их юбки могла напрямую определять степень их сексуальной свободы.

«Многими мужчинами мини воспринимается как униформа секретарши при состоятельном боссе, то есть не подразумевает серьезного к себе отношения, – констатирует Юлия Жемчужникова. – Большинство же утверждают, что женщина в длинной юбке выглядит более привлекательно». В душе современных мужчин растет потребность в надежных женах-матерях?
Открытый пол

«Мини-юбка – это не только наглядная демонстрация формы ног и сексуальной раскрепощенности, как принято считать, – полагает Юлия Жемчужникова. – Скорее это признак открытости и свободы, отказа от пуританских моделей, но также и от эмоциональной закрытости и скучной заземленности.

Однако совсем оторваться от устоев (и лишиться устойчивости) женщины не готовы: новые хиппи тяготеют к длинным юбкам».

Тем не менее в наш динамичный век юбка в пол вряд ли сможет серьезно потеснить брюки – просто в силу своей непрактичности. Возможно, именно поэтому новое поколение изобретает микроюбки, поверх брюк и лосин, – чтобы обеспечить себе и свободу движения, и чувство защищенности. Но не отказаться при этом от самой юбки, чтобы транслировать в окружающий мир: я – женщина».

Недорогой интернет-магазин платков для ценителей прекрасного. Товары на любой вкус и цвет.

Comments are closed.